Архитектура и градостроительство г.Тольятти Органы архитектуры и градостроительства г.Тольятти
Органы архитектуры и градостроительства г.Тольятти
Главная страница
Карта сайта

~ Статьи и информационные материалы ~

27.08.2009

Главный архитектор Москвы о страстях, бушующих вокруг генплана столицы

Статья получена с сайта ГИС-ассоциации:
http://www.gisa.ru/55462.html

Главный архитектор Москвы Александр Кузьмин о страстях, бушующих вокруг генплана столицы

Главный архитектор Москвы Александр Кузьмин рассказал на «деловом завтраке» в «Российской газете» (http://www.rg.ru/2009/08/23/kuzmin-site.html ) о страстях, бушующих вокруг генерального плана столицы.

Российская газета: Александр Викторович! Изучение и обобщение замечаний москвичей по Генплану и Правилам землепользования, поступивших в ходе публичных слушаний, продолжается?

Александр Кузьмин: Этим сейчас занимаются окружные комиссии, эстафету у которых примет городская комиссия. Надеюсь, что мы успеем завершить анализ в срок и к 16 сентября ответить на все поставленные в ходе слушаний вопросы в городских, окружных газетах и на сайте. Потом материалы будут рассмотрены на заседании правительства Москвы – оно планируется на 29 сентября. Далее проект обоих документов – и Генплана, и Правил землепользования, будет передан на утверждение Мосгордумы. Судя по всему, этим займутся уже депутаты нового созыва, выборы которых намечены на октябрь.

РГ: И когда документы получат статус закона?

Кузьмин: В соответствии с постановлением правительства РФ – к 1 января 2010 года. Это относится не только к Москве, но и ко всей стране. Меня иногда спрашивают, кому нужна такая спешка? Генплан нужен прежде всего самим москвичам. Его отсутствие для меня, как главного архитектора, да и для других чиновников, даже выгодно, так как открывает возможности для субъективизма. Нарушения же его, когда он примет статус закона, чревато даже уголовной статьей.

РГ: В их обсуждении участвуют лишь жители или и профессионалы тоже?

Кузьмин: Оба документа сначала рассмотрел Общественный архитектурный совет, затем они прошли комплексную экспертизу. Утверждать ее мы не стали лишь потому, чтобы иметь возможность внести поправки москвичей.

РГ: Какую оценку дали эксперты?

Кузьмин: Хорошую. Только нужно понимать, что сейчас Генплан развития Москвы уже не тот, что был у нее, скажем, в 1935-м или 1971 году.

РГ: И чем он отличается от предыдущих?

Кузьмин: Тогда Москва росла и требовала для своего развития все больше новых территорий. Например, Генлан 1971 года расширил ее границы до МКАД. Позже, в 1984-м, было прирезано Бутово. Сейчас Подмосковье развивается также стремительно. Поэтому столица может развиваться только в своих строго очерченных рамках. Отсюда главная задача Генплана, принятого в 1999 году и актуализируемого сейчас: выявить потенциал собственной территории, четко обозначить, что на ней можно, а чего нельзя делать ни при каких обстоятельствах. Для этого закрепляются зоны – природоохранные, исторические и так далее, устанавливаются правила использования каждой из них.

РГ: Раньше также просчитывалось, на сколько за срок действия Генплана вырастет население города…

Кузьмин: Прежние планы были социально-экономическими, а сейчас это чисто градостроительный план. Сколько людей будет жить в Москве к 2025 году, от него не зависит. Роль играют другие причины. Если в столицу люди будут по-прежнему стремиться не для того, чтобы стать капитанами мушкетеров, а лишь потому, что дома, в других регионах, нет работы, населения будет больше. А значит, и условия жизни в самой Москве будут хуже – меньше на душу населения придется зелени, больше будет машин и домов. Дефицит дорог останется в прошлом.

РГ: И все-таки о качестве жизни москвичей по новому Генплану можно судить? Например, с нынешним дефицитом дорог будет покончено?

Кузьмин: Да. Необходимые для этого 350 километров новых магистралей нарисованы. Но не сами трассы, а зоны, по которым они должны пройти. Дороги же на плане появятся лишь после того, как их спроектируют. А утвердят любой проект лишь после новых публичных слушаний, касающихся прокладки именно этой магистрали. В ходе же этих слушаний москвичи подсказали, что Генплан нуждается в одной очень важной поправке: в нем необходимо отметить, какие участки дорог планируется прокладывать в туннелях. Законодательство этого не требует. Но, чтобы горожане видели, что природоохранные территории не страдают, как, например, при прокладке Четвертого транспортного кольца через лосиноостровский парк, лучше это показать. Если ЧТК пошло бы поверху, то заповедник оказался бы разрезанным на две части. Благодаря тоннелю этого не случится.

РГ: В Париже есть скоростное метро, которое дает возможность горожанам быстро переехать из одного конца города в другой. В Москве тоже полно железнодорожных путей. Будут ли они когда-нибудь использоваться как скоростной городской вид транспорта?

Кузьмин: Это предусмотрено Генпланом. Первая очередь – приспособление к пассажирским перевозкам Малого кольца железной дороги. Известны даже первые пять станций на участке от площади Гагарина до «Москва-Сити». Тормозит дело отсутствие электричества на Малом кольце.

И вообще именно в этом Генплане впервые заложено равенство метро и железной дороги. Дело в том, что в Москве есть районы, куда метро не придет никогда. Например, Бирюлево. Туда проще проложить дополнительный железнодорожный путь, а уже имеющиеся там две станции нужно превратить из убогих платформ, обставленных со всех сторон гаражами, в комфортные площади, с каких в Москве начинается строительство любой станции метро. Следующий этап – договориться с РАО ЖД о частоте движения поездов, чтобы они ходили каждые пять-семь минут. Такие перемены начинаются с изменения отношения к железной дороге в мозгах.

РГ: Новых дорог в Москве все больше. Дошла очередь и до реконструкции существующих. Например, по Большой Ленинградке двигаться уже одно удовольствие. Но за МКАД-то она все равно упирается в узкое горлышко. Почему так получается?

Кузьмин: Это уже не вопрос Генплана, а вопрос его реализации, точнее, имеющихся у города денег.

РГ: Генплан впервые делит Москву на зону стабилизации и зону развития. С какой целью?

Кузьмин: Как показали собрания, москвичи оценили эту нашу придумку. Дело в том, что в столице есть районы сложившейся застройки, в которых жить уже хорошо. Так можно сказать о Дорогомилово, Фрунзенской набережной, Гагаринском районе и целом ряде других. Как правило, все они имеют свой архитектурный облик, жилье хорошего качества с плотностью, соответствующей нормативам, много зелени. Такие территории в Генплане и отнесены к зоне стабилизации. Люди, оказавшиеся в ее границах, могут быть уверены, что после утверждения Генплана можно не опасаться никакого недружественного посягательства инвесторов на их территорию. Ее можно будет только благоустраивать. Новое жилищное строительство может вестись лишь на территориях, обозначенных как зоны развития. Это районы, в которых много ветхих пятиэтажек и вообще жилья советского фонда, коммунальные, производственные зоны.

РГ: Но ведь дома ветшают. Сегодня он нормальный, а что будет через 10, 20 лет? Выбирая будущее для района, москвичам наверняка стоит подумать и о том, в каких условиях окажутся их внуки?

Кузьмин: Безусловно. Ведь если они запретят новую застройку на своей территории, то запретят не только мэру или инвестору, но и себе, так как Генплан развития Москвы и Правила землепользования – это нормы для всех, в том числе и для жителей. Вполне возможно, что спустя какое-то время ваше ТСЖ придет к выводу, что неплохо бы дом реконструировать и надстроить несколько этажей. Ну а если это будет выбиваться за правила, изменить которые можно будет лишь в процессе новых публичных слушаний?

РГ: И какой же выход?

Кузьмин: Выход один. Выбирая высоту застройки в вашем районе (она предлагается в разбросе от 20 до 100 метров), надо хорошо подумать над тем, что, пытаясь зарезать ее по минимуму, вы отрезаете перспективу в том числе и себе. В Гагаринском районе, например, решили, что там допустима высота домов не более 60 метров – средняя для Ленинского проспекта. Разработчики Генплана могли поставить такую отметку сразу, но они хотели дать москвичам право выбора.

РГ: На сколько этажей вообще подрастет Москва к 2025 году?

Кузьмин: Это зависит от того, какой выбор сделают москвичи в каждом из районов. Но то, что Москва тянется вверх, – неизбежно, и другого пути нет.

РГ: Как вы относитесь к тому, что кризис сокращает жилищное строительство в пять раз?

Кузьмин: Мне жаль очередников, для которых это обернется затягиванием ожидания новоселья. А по поводу отмены строительства коммерческого жилья ничуть не расстраиваюсь, так как никогда не был сторонником увеличения объемов жилищного строительства.

РГ: Что вообще может быть построено в жилом районе?

Кузьмин: Там есть три вида использования земли. Разрешенная застройка – это жилые дома, коттеджи, общежития, школы, детские сады. Условно разрешенная – вроде магазина шаговой доступности, который может появиться при условии, что на его открытие дали согласие жители района на публичных слушаниях. И запрещенная застройка, к которой относится сооружение офисов. Точный список, что в каком районе можно, а чего нельзя, можно посмотреть, не выходя из дому, по Интернету, где размещены все материалы, касающиеся Генплана и Правил землепользования.

РГ: Как в плане Дорогомиловского района могла появиться десятиэтажная школа?

Кузьмин: Вкралась ошибка, которая будет исправлена. Но выше четырех этажей, как предписывают нормативы, она все равно не была бы построена.

РГ: Исключит ли Генплан конфликты, касающиеся точечной застройки?

Кузьмин: Гарантировать это сложно хотя бы по той причине, что возмущение порой вызывает и новый садик – у тех, у кого дети выросли; и физкультурно-оздоровительный комплекс, у людей, не интересующихся спортом; и гараж, если он уже есть, а машины нет и не предвидится. Но то, что в процессе искоренения точечной застройки 1015 объектов рассмотрено и 400 из них признаны точечными и в итоге были прикрыты, конечно же, сказалось на характере публичных слушаний. Там, где эти вопросы заранее сняли с повестки дня, собрания прошли спокойно. Там, где они еще стоят, обсуждение носило бурный характер. Но в конечном счете оказалось тоже на пользу, так как выявило несколько «недорезанных точек». Это касается дома-окна в Дорогомилово, дома на улице Вавилова и ряде других. Сейчас решается, что с ними делать.

РГ: Правда ли, что на месте, где был детский сад, даже очень давно, может быть и сейчас только садик?

Кузьмин: Правда. Нужно только, чтобы жители напомнили об этом. Ведь в городе много мест, где уже все успели забыть, что до начала 90-х годов там были детсады. Больше того. В отдельную подзону может быть выделено вообще все, что дорого жителям. Хоть три березки под окном. Главное, чтобы решение на этот счет приняли именно жители района в ходе публичных слушаний. И тогда эти объекты будут неприкасаемы.

РГ: А как на месте стадиона на Пресне оказался Парламентский центр, вызвавший возмущение жителей?

Кузьмин: Он значился там задолго до публичных слушаний. Позже депутаты гордумы настояли на том, чтобы стадион попал и в Генплан. Но во время публичных слушаний нашлись люди, которые попытались спекулировать на этом, утверждая, что Парламентский центр ухудшит условия жизни на Пресне. Но это была больше политика, чем разговор о Генплане.

РГ: А где бы вы предложили разместить Парламентский центр?

Кузьмин: Около бывшей гостиницы «Россия» расположен памятник истории, так называемый воспитательный дом. Достойная архитектура, российская, ничего не нужно придумывать. Не нарушая охранного законодательства, там вполне можно разместить парламентский центр ХХI века. Но согласования федеральных властей на это еще не получены.

РГ: В Лондоне – телефонные будки, глядя на которые, сразу понимаешь, что находишься на берегу Темзы. В Париже смотришь на афишную тумбу и тоже понимаешь, что это – Париж. У вас, как у главного архитектора, есть идеи, как сделать Москву такой же узнаваемой? Взять хотя бы пешеходные переходы на Рублевке. Если бы везде в городе были такие, стало бы понятно, что это – Москва…

Кузьмин: Как один из авторов, я тоже очень люблю эти переходы. Но малые формы не имеют никакого отношения к Генплану. Тем не менее недавно на заседании Общественного совета при мэре, где обсуждалась генеральная схема благоустройства города, были одобрены три типа гарнитуров уличной мебели. Скоро они появятся на улицах столицы, и я надеюсь, что сделают ее более узнаваемой, чем сейчас.

РГ: Александр Викторович! Была ли у вас когда-нибудь мысль бросить все и уехать подальше от Москвы? (Евгений Волков, г. Москва.)

Кузьмин: Никогда в жизни. Я люблю Москву. Уехать могу максимум в ближнее Подмосковье.

РГ: А другие города вам нравятся?

Кузьмин: Нравятся наши, российские. Из европейских идеалом для меня является Париж с его продуманной, плотной, комфортной застройкой.

РГ: В каком районе вы живете?

Кузьмин: В Черемушках. Любимый район Сокольники, где родился. Когда женился, жил на Арбате, у жены, и для меня это было лучшее место на земле – в центре города, в центре жизни, где всегда пересекались пути-дороги всех моих друзей. Теперь нахожусь на той стадии развития, когда важнее всего кабинет, а не то, где он находится.

РГ: Вам не жаль исторического центра Москвы? Архитектурный модернизм разъедает наследие веков по кусочкам. Взять хотя бы офисное здание вокруг старообрядческой церкви возле станции метров «Белорусская-кольцевая». Как мог появиться такой проект? (Сергей Шарапов, кандидат медицинских наук.)

Кузьмин: Это очень сложный вопрос. Всегда было и будет противоречие между людьми, которые считают, что современной архитектуры быть не должно и нужно продолжать тиражировать так называемый московский стиль, и теми, кто считает, что, как живой город, Москва должна развиваться и дальше. Скажу сразу, я – сторонник второй точки зрения. Как человек на протяжении своей жизни стрижется, меняет стиль одежды, ходит в фитнесс-клуб, пытаясь отодвинуть старость, так и Москва должна не только стремиться жить долго, но и оставаться при этом молодой.

Справка «РГ»

К 2025 году в Москве планируется ввести 47 млн квадратных метров жилья. Обеспеченность горожан вырастет с 21,4 кв. м на одного человека до 24 кв. метров. Снесено должно быть 18 млн кв. м при том, что за последние 12 лет снесено лишь 6 млн кв. м. Строительство объектов культуры в соответствии с Генпланом должно вырасти в 5 раз, спорта – в 4, образования – в 3, объектов здравоохранения – в 2, 5 раза.

Зеленые территории будут занимать, как и прежде, 25 процентов площади города. Главное внимание будет уделяться их сохранности и приспособленности для отдыха людей.

Магистральная улично-дорожная сеть вырастет на 2534 км, будет построено 420 крупных транспортных сооружений – подземных тоннелей, мостовых переходов и так далее.

«« Назад


Градостроительное проектирование
Ландшафтное зонирование Тольятти в рамках студенческих работ
История
 
Наш адрес: Тольятти, ул. Победы, 52
Тел.: (8482) 26-24-40
Факс: (8482) 28-53-28
Copyright © 2005—2017 МБУ «Архитектура и градостроительство» г. Тольятти
При использовании материалов с данного сайта приветствуется указание источника информации
Разработка сайта: «Парапет»